Миссия Информарус
Русско-византийский договор 944 года Радзивилловская летопись (начало XIII века) лист 56
Русско-византийский договор 944 года Радзивилловская летопись (начало XIII века) лист 56
Русско-византийский договор 944 года — один из сохранившихся в летописях мирных договоров между Русью и Византией, заключён после второго похода князя Игоря Рюриковича на Константинополь-Царьград в 943 году.

ПВЛ датирует мирный договор 945 годом, но упоминание в договоре имени Романа указывает на 944 год, т.к. в декабре 944 Роман был свергнут сыновьями, Стефаном и Константином, которых тут же от власти отстранил новый император Константин Багрянородный.

Договор имел два варианта — один на греческом (не сохранился) и один на старославянском языках. Являясь окончанием русско-византийской войны 941-944 годов, договор во многом повторял положения ранее заключенного договора Олега Вещего с Византией 911 года, однако был и ряд существенных изменений.

Основные положения и отличия от договора Олега

Для упрощения восприятия приведём основные пункты договора в изложении С. М. Соловьёва1С. М. Соловьёв, «История Российская», том 1. гл. 5:

  • Прежде послы носили печати золотые, а гости – серебряные; теперь же они должны показать грамоту от князя своего, в которой он должен написать, что послал столько то кораблей: по этому греки и будут знать, что Русь пришла с миром. А если придут без грамоты, то греки будут держать их до тех пор, пока не обошлются с князем русским; если же русские будут противиться задержке вооруженною рукою, то могут быть перебиты, и князь не должен взыскивать за это с греков; если же убегут назад в Русь, то греки отпишут об этом к русскому князю, и он поступит с беглецами, как ему вздумается. Это ограничение новое, его нет в Олеговом договоре.
  • После повторения Олеговых условий о месте жительства и содержании русских послов и гостей прибавлена следующая статья: к русским будет приставлен человек от правительства греческого, который должен разбирать спорные дела между русскими и греками. Русские купцы, вошедши в город, не имеют права покупать паволоки дороже 50 золотников2«Да не имеют волости, купити паволоки лише по 50 золотник»./> По свидетельству Лиутпранда, самые дорогие ткани
    было запрещено вывозить из Константинополя иностранцам.
    — Карамзин, приводя сам свидетельство Лиутпранда (I,
    примеч. 350), несмотря на то переводит статью договора
    так: «Всякая ткань, купленная русскими ценою выше
    50 золотников (или червонцев), должна быть ему (чиновнику)
    показана, чтобы он приложил к ней печать свою»(Н.
    М. Карамзин, История государства Российского, т. I,
    Спб. 1816, стр 152, стр. 416, примеч. 350; ПСРЛ, т.
    I, вып. 1, стр. 49.).
    ; все купленные паволоки должны показывать греческому чиновнику, который кладет на них клеймо; этого ограничения мы не находим в договоре Олеговом.
  • По новому договору, русские не могли зимовать у св. Мамы; в Олеговом договоре этого условия также нет; впрочем, и там князь требовал содержания гостям только на 6 месяцев.
  • Если убежит раб из Руси или от русских, живущих у св. Мамы, и если найдется, то владельцы имеют право взять его назад; если же не найдется, то русские должны клясться, христиане и нехристиане – каждый по своему закону, что раб действительно убежал в Грецию и тогда, как постановлено прежде3Еще указание на прежние условия, на которых помирился
    Игорь.
    , возьмут цену раба – две паволоки.
  • Если раб греческий уйдет к русским с покражею, то должно возвратить и раба, и принесенное им в целости, за что возвратившие получают два золотника в награду.
  • В случае покражи вор с обеих сторон будет строго наказан по греческому закону и возвратит не только украденное, но и цену его, если же украденная вещь отыщется в продаже, то и цену должно отдать двойную. В Олеговом договоре ничего не сказано о наказании вора, а только о возвращении украденного; в Игоревом – греки дают силу своему закону, требующему наказания преступника4Я здесь не принимаю чтения Лавр, списка: «По уставу
    и по закону русскому», ибо в русском законе нет наказания
    вору. Другие списки имеют только: «По уставу Грецкому»
    (ПСРЛ, т. I, стр. 2J, 22. См. также ПСРЛ, т. I, вып.
    1, 1826, стб. 50, 51.).
    .
  • Если русские приведут пленников христиан, то за юношу или девицу добрую платят им 10 золотников, за средних лет человека – 8, за старика или дитя – 5; своих пленников выкупают русские за 10 золотников; если же грек купил русского пленника, то берет за него цену, которую заплатил, целуя крест в справедливости показания.
  • Князь русский не имеет права воевать область Корсунскую и ее городов, эта страна не покоряется Руси.
  • В случае нужды с обеих сторон обязываются помогать войском.
  • В случае, если русские найдут греческий корабль, выброшенный на какой нибудь берег, то не должны обижать находящихся на нем людей, в противном случае преступник повинен закону русскому и греческому – здесь опять греческий закон подле русского; положительная обязанность Олегова договора заменена здесь отрицательной – только не трогать греков.
  • Русские не должны обижать корсунцев, ловящих рыбу в устье днепровском, русские не могут зимовать в устье Днепра, в Белобережье и у св. Еферия, но когда придет осень, должны возвращаться домой в Русь.
  • Греки хотят, чтобы князь русский не пускал черных (дунайских) болгар воевать страну Корсунскую.
  • Если грек обидит русского, то русские не должны самоуправством казнить преступника, наказывает его греческое правительство5«Ци аще ключится проказа никака от Грек, сущих под властью царства нашего, да не имать (да не имате) власти казнити я, но повеленьем царства нашего да примет, якоже будет створил»(ПСРЛ, т. I, стр. 2J, 22. См. также ПСРЛ, т. I, вып. 1, 1826, стб. 50, 51.). — И вслед за этим следует условие, что в случае убийства родственники убитого не имеют права умертвить убийцу, но держать его только, чтобы потом правительство имело возможность казнить его смертью: «Аще убьеть хрестея- нин русина или русин хрестеянина и да держим будет створивый убийство от ближних убьеного, да убьють»
    (там же). Тогда как в Олеговом договоре прямо сказано,
    что убийца должен умереть на месте.
    .

Текст договора

Текст договора приводится Повестью Временных Лет в следующем виде:

«Список с договора, заключенного при царях Романе, Константине и Стефане, христолюбивых владыках.

Мы — от рода русского послы и купцы, Ивор, посол Игоря, великого князя русского, и общие послы: Вуефаст от Святослава, сына Игоря; Искусеви от княгини Ольги; Слуды от Игоря, племянник Игорев; Улеб от Володислава; Каницар от Предславы; Шихберн Сфандр от жены Улеба; Прастен Тудоров; Либиар Фастов; Грим Сфирьков; Прастен Акун, племянник Игорев; Кары Тудков; Каршев Тудоров; Егри Евлисков; Воист Войков; Истр Аминодов; Прастен Бернов; Явтяг Гунарев; Шибрид Алдан; Кол Клеков; Стегги Етонов; Сфирка…; Алвад Гудов; Фудри Туадов; Мутур Утин; купцы Адунь, Адулб, Иггивлад, Улеб, Фрутан, Гомол, Куци, Емиг, Туробид, Фуростен, Бруны, Роальд, Гунастр, Фрастен, Игелд, Турберн, Моне, Руальд, Свень, Стир, Алдан, Тилен, Апубексарь, Вузлев, Синко, Борич, посланные от Игоря, великого князя русского, и от всякого княжья, и от всех людей Русской земли. И им поручено возобновить старый мир, нарушенный уже много лет ненавидящим добро и враждолюбцем дьяволом, и утвердить любовь между греками и русскими.

Великий князь наш Игорь, и бояре его, и люди все русские послали нас к Роману, Константину и Стефану, к великим царям греческим, заключить союз любви с самими царями, со всем боярством и со всеми людьми греческими на все годы, пока сияет солнце и весь мир стоит. А кто с русской стороны замыслит разрушить эту любовь, то пусть те из них, которые приняли крещение, получат возмездие от Бога вседержителя, осуждение на погибель в загробной жизни, а те из них, которые не крещены, да не имеют помощи ни от Бога, ни от Перуна, да не защитятся они собственными щитами, и да погибнут они от мечей своих, от стрел и от иного своего оружия, и да будут рабами во всю свою загробную жизнь. 

А великий князь русский и бояре его пусть посылают в Греческую землю к великим царям греческим корабли, сколько хотят, с послами и с купцами, как это установлено для них. Раньше приносили послы золотые печати, а купцы серебряные; ныне же повелел князь ваш посылать грамоты к нам, царям; те послы и гости, которые будут посылаться ими, пусть приносят грамоту, так написав ее: послал столько-то кораблей, чтобы из этих грамот мы узнали, что пришли они с миром. Если же придут без грамоты и окажутся в руках наших, то мы будем содержать их под надзором, пока не возвестим князю вашему. Если же не дадутся нам и сопротивятся, то убьем их, и пусть не взыщется смерть их от князя вашего. Если же, убежав, вернутся в Русь, то напишем мы князю вашему, и пусть делают что хотят, Если же русские придут не для торговли, то пусть не берут месячины. Пусть накажет князь своим послам и приходящим сюда русским, чтобы не творили бесчинств в селах и в стране нашей. И, когда придут, пусть живут у церкви святого Мамонта, и тогда пошлем мы, цари, чтобы переписали имена ваши, и пусть возьмут месячину — послы посольскую, а купцы месячину, сперва те, кто от города Киева, затем из Чернигова, и из Переяславля, и из прочих городов. Да входят они в город через одни только ворота в сопровождении царева мужа без оружия, человек по 50, и торгуют сколько им нужно, и выходят назад; муж же наш царский да охраняет их, так что если кто из русских или греков сотворит неправо, то пусть рассудит то дело. Когда же русские входят в город, то пусть не творят вреда и не имеют права покупать паволоки дороже, чем по 50 золотников; и если кто купит тех паволок, то пусть показывает цареву мужу, а тот наложит печати и даст им. И те русские, которые отправляются отсюда, пусть берут от нас все необходимое: пищу на дорогу и что необходимо ладьям, как это было установлено раньше, и да возвращаются в безопасности в страну свою, а у святого Мамонта зимовать да не имеют права.

Если убежит челядин у русских, то пусть придут за ним в страну царства нашего, и если окажется у святого Мамонта, то пусть возьмут его; если же не найдется, то пусть клянутся наши русские христиане по их вере, а нехристиане по закону своему, и пусть тогда возьмут от нас цену свою, как установлено было прежде, — по 2 паволоки за челядина.

Если же кто из челядинов наших царских или города нашего, или иных городов убежит к вам и захватит с собой что-нибудь, то пусть опять вернут его; а если то, что он принес, будет все цело, то возьмут от него два золотника за поимку.

Если же кто покусится из русских взять что-либо у наших царских людей, то тот, кто сделает это, пусть будет сурово наказан; если уже возьмет, пусть заплатит вдвойне; и если сделает то же грек русскому, да получит то же наказание, какое получил и тот.

Если же случится украсть что-нибудь русскому у греков или греку у русских, то следует возвратить не только украденное, но и цену украденного; если же окажется, что украденное уже продано, да вернет цену его вдвойне и будет наказан по закону греческому и по уставу и по закону русскому.

Сколько бы пленников христиан наших подданных ни привели русские, то за юношу или девицу добрую пусть наши дают 10 золотников и берут их, если же среднего возраста, то пусть дадут им 8 золотников и возьмут его; если же будет старик или ребенок, то пусть дадут за него 5 золотников.

Если окажутся русские в рабстве у греков, то, если они будут пленники, пусть выкупают их русские по 10 золотников; если же окажется, что они куплены греком, то следует ему поклясться на кресте и взять свою цену — сколько он дал за пленника.

И о Корсунской стране. Да не имеет права князь русский воевать в тех странах, во всех городах той земли, и та страна да не покоряется вам, но когда попросит у нас воинов князь русский, чтобы воевать, — дам ему, сколько ему будет нужно.

И о том: если найдут русские корабль греческий, выкинутый где-нибудь на берег, да не причинят ему ущерба. Если же кто-нибудь возьмет из него что-либо, или обратит кого-нибудь из него в рабство, или убьет, то будет подлежать суду по закону русскому и греческому.

Если же застанут русские корсунцев в устье Днепра за ловлей рыбы, да не причинят им никакого зла.

И да не имеют права русские зимовать в устье Днепра, в Белобережье и у святого Елферья; но с наступлением осени пусть отправляются по домам в Русь.

И об этих: если придут черные болгары и станут воевать в Корсунской стране, то приказываем князю русскому, чтобы не пускал их, иначе причинят ущерб и его стране.

Если же будет совершено злодеяние кем-нибудь из греков — наших царских подданных, — да не имеете права наказывать их, но по нашему царскому повелению пусть получит тот наказание в меру своего проступка.

Если убьет наш подданный русского или русский нашего подданного, то да задержат убийцу родственники убитого, и да убьют его.
Если же убежит убийца и скроется, а будет у него имущество, то пусть родственники убитого возьмут имущество его; если же убийца окажется неимущим и также скроется, то пусть ищут его, пока не найдется, а когда найдется, да будет убит.

Если же ударит мечом, или копьем, или иным каким-либо оружием русский грека или грек русского, то за то беззаконие пусть заплатит виновный 5 литр серебра по закону русскому; если же окажется неимущим, то пусть продадут у него все, что только можно, так что даже и одежды, в которых он ходит, и те пусть с него снимут, а о недостающем пусть принесет клятву по своей вере, что не имеет ничего, и только тогда пусть будет отпущен.

Если же пожелаем мы, цари, у вас воинов против наших противников, да напишем о том великому князю вашему, и вышлет он нам столько их, сколько пожелаем: и отсюда узнают в иных странах, какую любовь имеют между собой греки и русские.

Мы же договор этот написали на двух хартиях, и одна хартия хранится у нас, царей, — на ней есть крест и имена наши написаны, а на другой — имена послов и купцов ваших. А когда послы наши царские выедут, — пусть проводят их к великому князю русскому Игорю и к его людям; и те, приняв хартию, поклянутся истинно соблюдать то, о чем мы договорились и о чем написали на хартии этой, на которой написаны имена наши.

Мы же, те из нас, кто крещен, в соборной церкви клялись церковью святого Ильи в предлежании честного креста и хартии этой соблюдать все, что в ней написано, и не нарушать из нее ничего; а если нарушит это кто-либо из нашей страны — князь ли или иной кто, крещеный или некрещеный, — да не получит он помощи от Бога, да будет он рабом в загробной жизни своей и да будет заклан собственным оружием.

А некрещеные русские кладут свои щиты и обнаженные мечи, обручи и иное оружие, чтобы поклясться, что все, что написано в хартии этой, будет соблюдаться Игорем, и всеми боярами, и всеми людьми Русской страны во все будущие годы и всегда.

Если же кто-нибудь из князей или из людей русских, христиан или нехристиан, нарушит то, что написано в хартии этой, — да будет достоин умереть от своего оружия и да будет проклят от Бога и от Перуна за то, что нарушил свою клятву.

И если на благо Игорь, великий князь, сохранит любовь эту верную, да не нарушится она до тех пор, пока солнце сияет и весь мир стоит, в нынешние времена и во все будущие»6Повесть Верменных Лет.


Список литературы

  1. С. М. Соловьёв, «История Российская», том 1. гл. 5
  2. «Да не имеют волости, купити паволоки лише по 50 золотник».
    По свидетельству Лиутпранда, самые дорогие ткани было запрещено вывозить из Константинополя иностранцам. — Карамзин, приводя сам свидетельство Лиутпранда (I, примеч. 350), несмотря на то переводит статью договора так: «Всякая ткань, купленная русскими ценою выше 50 золотников (или червонцев), должна быть ему (чиновнику) показана, чтобы он приложил к ней печать свою»(Н. М. Карамзин, История государства Российского, т. I, Спб. 1816, стр 152, стр. 416, примеч. 350; ПСРЛ, т. I, вып. 1, стр. 49.).
  3. Еще указание на прежние условия, на которых помирился Игорь.
  4. Я здесь не принимаю чтения Лавр, списка: «По уставу и по закону русскому», ибо в русском законе нет наказания вору. Другие списки имеют только: «По уставу Грецкому» (ПСРЛ, т. I, стр. 2J, 22. См. также ПСРЛ, т. I, вып. 1, 1826, стб. 50, 51.).
  5. «Ци аще ключится проказа никака от Грек, сущих под властью царства нашего, да не имать (да не имате) власти казнити я, но повеленьем царства нашего да примет, якоже будет створил»(ПСРЛ, т. I, стр. 2J, 22. См. также ПСРЛ, т. I, вып. 1, 1826, стб. 50, 51.). — И вслед за этим следует условие, что в случае убийства родственники убитого не имеют права умертвить убийцу, но держать его только, чтобы потом правительство имело возможность казнить его смертью: «Аще убьеть хрестея- нин русина или русин хрестеянина и да держим будет створивый убийство от ближних убьеного, да убьють» (там же). Тогда как в Олеговом договоре прямо сказано, что убийца должен умереть на месте.
  6. Повесть Верменных Лет
Оцени статью - помоги проекту:
1 Звезда2 Звезды3 Звёзды4 Звезды5 Звёзд (Без рейтинга)
Загрузка...