Миссия Информарус
Repetitor RU

Военные предприятия Святослава, согласно русской летописи, начались с его похода на Оку и Волгу в 964 году.

Для того чтобы понять истинный характер восточной политики древнерусского государства, определившийся к 60-м годам X в., следует еще раз обратиться к прежним восточным походам Руси, а также к русско-византийскому договору 944 года.

Каковы были результаты походов русских войск в Закавказье? Координируя свои действия с Византийской империей, руссы неоднократно в X веке проникали в этот район, но к середине X века так и не смогли там закрепиться. Это объяснялось не только отдаленностью захваченных ими в Прикаспии территорий и враждебностью окружающего мусульманского населения, но и постоянно враждебным отношением к русскому движению на Восток Хазарского каганата. Направляясь в Закавказье в 912 году, руссы были вынуждены просить хазар о пропуске их по Дону и Волге, а на обратном пути большая их часть полегла под ударами хазар, волжских булгар и буртасов. Следующий поход (945 г.) руссы, учитывая враждебность к ним Хазарии и ее сателлитов на Оке и Волге, совершили в обход хазарской территории, по сухопутью через Северный Кавказ.

В условиях нараставших византийско-хазарских противоречий Русь все чаще берет на себя выполнение перед Византией военно-союзных функций, которые прежде отводились Хазарии.

Одновременно шел процесс освобождения Киевским государством восточнославянских земель из-под ига хазар. Первое свидетельство на этот счет относится ко времени Олега, когда, согласно «Повести временных лет», он направил посольство к радимичам и потребовал от них прекращения уплаты дани хазарам («Не дайте козаромъ, но мне дайте»[1]ПВЛ, ч. I, с. 20.).

Русско-византийский договор 944 года более четко определил внешнеполитические позиции Руси. По этому договору Русь «официально» заступила место Хазарии как союзника Византии на северных берегах Черного моря. Более того, союз империи и древнерусского государства был направлен в первую очередь против Хазарии, исконного противника Руси, ставшего здесь и врагом Византии.

Однако отношения между новыми союзниками были проникнуты противоречиями. Осуществлять успешную борьбу с противниками Византии в Закавказье, а также в Северном Причерноморье Русь могла, лишь имея определенные плацдармы в районах Северного Причерноморья. Более того, именно захват таких плацдармов и делал ее стратегическим союзником империи, вынуждал Византию делить с Русью сферы влияния в этом регионе, используя ее военные силы в своих интересах. Договор 944 года показал, что Византия по существу согласилась с превращением устья Днепра, а также Белобережья, острова Святого Елферия в русскую сферу влияния, ограничив лишь время пребывания руссов в этом районе.

Овладела Русь и ключевыми позициями в районе Восточного Крыма. Лев Дьякон числил Боспор Киммерийский русским уже во времена Игоря. Так, византийские владения в Крыму были окружены русскими форпостами с севера, востока и запада. Одновременно русские владения вплотную подошли к хазарским границам.

Таково было состояние русско-хазаро-византийских отношений в середине X века.

Гибель Игоря, восстание древлян, внутренние реформы, проведенные Ольгой, временно затормозили дальнейшее расширение древнерусского государства к югу и востоку. К тому же необходимо иметь в виду и охлаждение русско-византийских отношений в конце 50-х годов. Но уже в начале 60-х годов русские вспомогательные отряды вновь появляются в составе греческой армии, воюющей против арабов, а в 964 году, когда войско Святослава двинулось на Оку и Волгу, русский отряд дрался в составе византийского десанта с сицилийскими арабами.

В этой связи сообщение «Повести временных лет» о появлении Святослава в земле вятичей, на наш взгляд, выглядит вполне убедительным. Налицо реализация русско-византийского договора 944 года: русские воины сражаются против врагов империи — арабов; киевский князь наносит первый ощутимый удар по Хазарии, освобождает из-под ее владычества восточнославянское племя вятичей. При такой четкой расстановке сил вряд ли можно, как это сделал А. А. Шахматов, говорить о случайной встрече Святослава с вятичами. В летописи не сказано, что уже в 964 году Святослав воевал с вятичами. Летописец лишь констатирует факт появления Святослава в землях вятичей — на Оке и Волге и рассказывает о состоявшихся переговорах: «И рече (Святослав. — А. С.) вятичемъ: „Кому дань даете?» Они же реша: „Козаромъ по щьлягу от рала даемъ»»[2]Там же, с. 47.. На этом история действий Святослава в окско-волжских лесах заканчивается, а далее летопись сообщает под 965 год, что «иде Святославъ на козары». Таким образом, на Оке и Волге киевское войско провело около года. Летописец не сообщает о том, что в действительности произошло за этот год в здешних местах.

И здесь мы должны обратиться к сведениям Ибн-Хаукаля, который определенно сообщает, что во время своего восточного похода Святослав нанес удар по землям волжских булгар и буртасов.

Итак, Святослав прошел земли вятичей и обрушился на владения давних союзников Хазарии — волжских булгар и буртасов. Причем источники не дают нам основания полагать, что Святослав осуществил во время этого похода завоевание вятичей. Летописец лишь сообщает о проходе киевского войска через их земли. Не исключено, что в это время, когда главной целью Святослава было нанесение удара по Хазарии и ее сателлитам, он не подчинил вятичей, то есть еще не обложил их данью[3]А. В. Гадло считает, что целью восточного похода Святослава
было именно покорение вятичей и лишь его появление
в Вятич-ской земле послужило поводом для открытого
столкновения Руси и Хазарии (см. Гадло А В. Восточный
поход Святослава (к вопросу о начале Тмутараканского
княжения). — Проблемы истории феодальной России.
Л., 1971, с. 68).
.

В 965 году, как сообщают русская летопись, а также Ибн-Хаукаль, Святослав нанес удар по Хазарскому каганату, Северному Кавказу и вышел к Семендеру. М. В. Левченко и В Т. Пашуто считают, что руссы спустились по Волге до Итиля, взяли его, затем двинулись в Семендер и лишь затем, возвращаясь, подчинили себе земли ясов (асиев, алан) и касогов, а на последнем этапе похода разгромили Саркел — Белую Вежу, хазарскую крепость на Дону[4]См. Левченко М. В. Указ, соч., с. 254; В. Т. Пашуто.
Указ, соч., с. 93. См. также Гадло А. В. Указ, соч.,
с. 60.
. Однако следует обратить внимание, как о борьбе с Хазарпей сообщают русский летописец и Ибн-Хаукаль. И тот и другой излагают событие в несколько иной последовательности. «Повесть временных лет» говорит, что после прохода по окско-волжскому району Святослав ударил по Хазарии, встретился с основными силами кагана, разгромил их и взял Белую Вежу, то есть основной удар после похода на Волгу был нанесен по течению Дона и лишь затем, сообщает летопись, руссы двинулись на ясов и касогов[5]См. ПВЛ, ч. I, с. 47.. Ибн-Хаукаль также неизменно связывает разорение руссами земель булгар и буртасов с ударом по Хазарии. А ото значит, что после прохода по Оке и Волге Святослав не ушел на Каспий и Северный Кавказ, а прежде всего осуществил основную цель восточного похода — разгромил Хазарский каганат. И лишь затем он двинулся на Северный Кавказ и далее к Семендеру, но это было уже тогда, когда основное предприятие оказалось осуществленным, когда в тылу у руссов не оставалось не тронутых завоеванием основных владений кагана[6]А. В. Гадло считал, что действия Святослава в приволжской
Хазарии и его поход по степям от Каспия к Таманскому
полуострову были возможны лишь благодаря союзу Руси
с кочевавшими в районе Дона печенегами. Автор предполагает,
что печенеги шли вместе с руссами по Волге и кавказским
предгорьям, завершая разгром хазарских городов и селений
(см. Гадло А. В. Указ, соч., с. 61).
.

Поход на Семендер явился лишь данью традиционным русским устремлениям на Каспии; он был быстротечен: руссы разорили Семендер, сожгли его богатые виноградники. Мы не видим здесь политических расчетов прежних лет и напряженной борьбы с мусульманскими владетелями Закавказья — врагами Византийской империи. Не Закавказье, не Семендер на этот раз были главной целью киевского войска, а Поволжье, Хазария, и, думается, летописец совершенно справедливо уловил основной смысл восточного похода Святослава, сконцентрировав внимание на битве с войском кагана и на взятии старинного антирусского форпоста на Дону — Саркела.

Поэтому следует подчеркнуть, что новый восточный поход руссов при неизменности своего географического направления решал в значительной степени иные задачи, нежели прежние походы руссов на Восток. И в этом смысле положение о преемственности восточной политики Святослава требует известных коррективов.

Об ином содержании похода Святослава, отличном от походов времен Игоря, говорит и уже отмеченное исследователями желание руссов основательно закрепиться на завоеванной территории. В этом смысле Святослав стремился, но в более широких масштабах, повторить опыт овладения Бердаа в 945 году, когда руссы попытались установить новый прочный порядок на захваченной територии и ввести свою систему управления.

На этот раз объектом таких действий стали не прикаспийские территории, к которым Святослав выказал определенное равнодушие, а Поволжье и Приазовье, то есть коренные земли Хазарского каганата. Именно эти районы руссы попытались закрепить за собой. Если в Семендере они и оставили что-нибудь нетронутым, так «только лист на стебле», то в Поволжье и Приазовье политика Святослава была иной. Русская летопись отмечает, что Святослав разгромил войско кагана и взял Сар-кел. Ибн-Хаукаль рассказывает, что руссы захватили хазар, булгар и буртасов и жители поначалу разбежались в разные стороны, но они стремились остаться по соседству со своими областями, а затем большинство из них вернулось в Итиль и Хазаран, а это значит, что не все районы Хазарии испытали участь Саркела, который, как показывают археологические данные, был до основания разрушен руссами. Жители Поволжья и Приазовья просили, чтобы с ними заключили договор, и они бы покорились руссам. Конечно, этих сведений источников явно недостаточно для того, чтобы сделать определенные выводы о политике Святослава в крае, но они удивительно напоминают описание действий руссов в Бердаа. «Единственно, чего мы желаем, это власти», — заявили тогда руссы жителям города, успокаивая их и убеждая в своей веротерпимости[7]См. Якубовский А Ибн-Мискавейх о походе руссов в Бердаа
в 332=943/4 г. — Византийский временник, т.
XXIV, 1926, с. 66.
. Здесь речь идет также об установлении в крае нового порядка, утверждении власти Киева, нормализации отношений с жителями, а точнее, видимо, с признавшей власть Руси верхушкой Хазарии и Булгарии при помощи договора, определившего характер русской власти.

Все это говорит о том, что Святослав не только сокрушил Хазарский каганат в военном отношении, но и попытался закрепить за собой рядом чисто политических мер завоеванные территории, возможно, поставить ослабевшую Хазарию в вассальную от себя зависимость.

Так в результате похода 964-965 годов Русь не только нанесла жестокий удар по своим противникам на Востоке и Юго-Востоке, по и попыталась закрепиться в районе междуречья Волги и Дона. Если учесть, что к этому времени Русь имела прочные позиции в Боспоре Киммерийском, то становится очевидным все более возрастающее влияние Киева в районе Северного Причерноморья.

Необходимо сказать несколько слов о взаимоотношениях Святослава с ясами и касогами.

«Повесть временных лет» и «Летописец Переяславля-Суздальского» сообщают, что после разгрома Хазарии Святослав «победи» ясов и касогов. Устюжская летопись уточняет, что он после победы над ними «приде в Киев»[8]ПВЛ, ч. 1, с. 47; Летописец Переяславля-Суздальского..,
с. 14; Устюжский летописный свод (Архапгелогородский
летописец), с. 26.
. И лишь Новгородская летопись совершенно иначе освещает эти события: она сообщает, что после победы над ясами и касогами Святослав их «приведе Кыеву»[9]Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов,
с. 117.
. Эту версию Новгородской I летописи поддержал в дальнейшем В. Н. Татищев[10]См. Татищев В. Н. Указ, соч., с. 49., но пояснил, что северокавказских жителей Святослав привел в Киев «на поселение». Иных сведений на этот счет у нас нет. Поэтому приходится строить вывод на этом единичном, весьма кратком упоминании, тем более что между словами «приде» и «приведе» много общего, и здесь, как это нередко случалось, возможна описка. И все же, учитывая имевший прежде место союз между аланами (ясами) и Русью во время восточного похода руссов на Бердаа, сокрушение Хазарин — противника алан, а также попытку урегулировать свои отношения с населением захваченных районов при помощи политических мер, можно предположить, что в преддверии ожидаемого похода на Дунай Святослав мог привести с собой в Киел не поселенцев, а отряды ясов и касогов. Дальнейшие события показали, как тщательно подходил он к балканской кампании, обеспечив себе поддержку угров, печенегов, а во время русско-византийской войны — и болгар.

В период восточного похода Святослава Византия хранила полное молчание. А это, очевидно, значит, что, предпринимая поход на Восток, и прежде всего против Хазарского каганата, Святослав имел за спиной благожелательный нейтралитет империи, считавшей со времен Романа I Лакапина, и особенно Константина VII, каганат одним из своих противников в Северном Причерноморье.

Таким образом, восточный поход Святослава был предпринят с учетом сложившейся к тому времени международной обстановки, опирался на статьи договора 944 года о военном союзе между Русью и Византией Сквозь бедные сведения источников все же просматриваются контуры дипломатических шагов, с помощью которых Святослав стремился облегчить проведение военных операций, прочно овладеть захваченными территориями. С этой целью он, как нам представляется, не стал подчинять вятичей власти Киева, проходя через их земли в 964 году, организовал управление в Поволжье и Приазовье на основе договора с местным населением и предположительно же вступил в военный союз с ясами и касогами, привел их отряды в район Киева.

Лишь после этого пришло время для покорения вятичей.

«Повесть временных лет» сообщает о том, что в 966 году «вятичи победи Святославъ, и дань на нихъ възложи».

Со времен В. Н. Татищева в отечественной историографии сложилось мнение, что это был второй поход на вятичей, которые были покорены еще в 964 году, затем, после ухода Святослава в Хазарию и на Северный Кавказ, восстали и были наказаны по заслугам в 966 году.

С этим можно было бы согласиться, если бы были данные о том, что в 964 году Святослав действительно покорил вятичей. Однако в источниках нет даже намека на это. Вслед за известной фразой «Хочю на вы ити…» идет рассказ о вполне мирной встрече Святослава с вятичами, и лишь потом сообщается о его военном нападении на хазар.

Подобная последовательность событий, изложенных в летописи, говорит лишь о том, что никакого похода Святослава против вятичей в 964 году не было. В преддверии предстоявших боев с буртасами, булгарами и хазарами большую важность представляли для него спокойный, дружелюбный вятичский тыл, наличие благоприятных политических условий. После победоносного похода на Восток судьба вятичей была решена, и это самое восточное из славянских племен подчинилось Киеву. На вятичей была возложена дань, как ранее на древлян, радимичей и другие восточнославянские племена.

Список литературы

  1. ПВЛ, ч. I, с. 20.
  2. Там же, с. 47.
  3. А. В. Гадло считает, что целью восточного похода Святослава было именно покорение вятичей и лишь его появление в Вятич-ской земле послужило поводом для открытого столкновения Руси и Хазарии (см. Гадло А В. Восточный поход Святослава (к вопросу о начале Тмутараканского княжения). — Проблемы истории феодальной России. Л., 1971, с. 68).
  4. См. Левченко М. В. Указ, соч., с. 254; В. Т. Пашуто. Указ, соч., с. 93. См. также Гадло А. В. Указ, соч., с. 60.
  5. См. ПВЛ, ч. I, с. 47.
  6. А. В. Гадло считал, что действия Святослава в приволжской Хазарии и его поход по степям от Каспия к Таманскому полуострову были возможны лишь благодаря союзу Руси с кочевавшими в районе Дона печенегами. Автор предполагает, что печенеги шли вместе с руссами по Волге и кавказским предгорьям, завершая разгром хазарских городов и селений (см. Гадло А. В. Указ, соч., с. 61).
  7. См. Якубовский А Ибн-Мискавейх о походе руссов в Бердаа в 332=943/4 г. — Византийский временник, т. XXIV, 1926, с. 66.
  8. ПВЛ, ч. 1, с. 47; Летописец Переяславля-Суздальского.., с. 14; Устюжский летописный свод (Архапгелогородский летописец), с. 26.
  9. Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов, с. 117.
  10. См. Татищев В. Н. Указ, соч., с. 49.